Ростислав Чебыкин

В кухне злится повариха,
Плачет у станка ткачиха,
И завидуют оне
Государевой жене.

Александр Пушкин. Сказка о царе Салтане

Когда больше десяти лет назад я работал в школе, на меня напрыгивали красноглазые фанатики, призывающие перейти на Linux. Потому что Linux — это свободное ПО, а свободное ПО лучше несвободного, потому что оно свободное.

Я отвечал фанатикам, что не буду подсаживать детей на эту дурь, и грозил пожаловаться на них в Госнаркоконтроль и психиатрическую больницу. Фанатики обиженно расползались по своим консолям, шёпотом огрызаясь: мол, вот скоро начнут внедрять свободное ПО на государственном уровне, тогда поговорим.

На днях приобрёл замечательную книгу:

Алан Купер. Об интерфейсе. СПб.: Символ‑Плюс, 2009.

Это перевод третьего издания известнейшего талмуда About Face — бесценного руководства по проектированию взаимодействия.

Думаю, что эту книгу надо читать всем разработчикам вместо всего того хлама, что они читают. И изучать в школах и вузах вместо всей той ерунды, которую там изучают.

Впрочем, я собирался сказать о другом. Бродя по книжным магазинам, я в очередной раз убедился, что нету ни одной хорошей книжки по компьютерным технологиям, которую написали бы наши отечественные авторы.

Есть у наших людей хорошие, даже замечательные книжки по типографике и издательскому делу. Есть одна хорошая книжка по дизайну. Есть чудесные книжки по русскому языку, математике, музыке и куче других направлений. Но на компьютерные темы — полное болото. Ноль с минусом.

Всё, что пишут наши авторы про компьютеры, программирование, администрирование и прочее,— по меньшей мере, шарлатанство и профанация. Они не отличают главного от второстепенного, нового от старого, полезного от вредного. Кроме того, книги написаны плохим языком, страдают непоследовательной организацией и халтурной подачей материала, хромают на справочный аппарат, дурно свёрстаны и фекально оформлены.

А наши лопоухие читатели всё это читают и принимают за чистую монету. Поэтому у нас такие плохие программисты, верстальщики, фотошопщики, моделлеры и все остальные. И неудивительно, что даже лучшие отечественные программы и сайты по всем статьям проигрывают зарубежным.

Ну что мешает русскоязычным людям писать хорошие книги на компьютерную тематику?

Представим себе профессионального компьютерщика — программиста, системного администратора, веб‑мастера и так далее. Грамотного, адекватного, с большим и успешным опытом.

У него на рабочем компьютере настроены всякие командные оболочки, интегрированные среды, текстовые редакторы, полезные службы и всё такое.

А теперь представим себе другого специалиста в той же области. И заставим обоих профессионалов поработать над своими обычными задачами, поменявшись компьютерами. А сами станем наблюдать, как они будут страдать и материться.

Когда я буду руководителем большой айтишной корпорации, стану время от времени проделывать такое над сотрудниками. Чтобы до них дошло: что хорошо, удобно и практично для одного человека, совершенно не обязательно будет таковым для другого.

Я охотно рассказываю, какими инструментами я пользуюсь, как я их настраиваю и конфигурирую, какие полезные приёмы выработал в своей практике. Я рад, когда мой опыт пригождается кому‑то ещё.

Однако я никогда, кроме единичных эпизодов умственного помутнения, не провозглашаю свою практику самой правильной и не мечтаю, чтобы все поголовно орудовали так же, как я.

Я просматриваю веб‑страницы через Internet Explorer, набираю текст в EmEditor и ненавижу Punto Switcher. А кто‑то другой жить не может без Punto Switcher, в Интернет ходит через Chrome, а текст печатает в Vim’е. Если при этом его деятельность ему нравится и приводит к успешным результатам,— я не имею ничего против.

И вам не советую.

На фотографиях, выложенных в Интернете, часто замазывают или как‑нибудь ещё скрывают фамилии, адреса, телефоны, торговые марки и другие подобные данные.

Я думаю, что это непроходимый идиотизм.

Ещё ничего, если маскируют конфиденциальную информацию вроде фамилий и адресов из личной переписки или финансовых документов. Но когда замазывают телефоны на фотографиях рекламных щитов, выставленных на всеобщее обозрение, или на объявлениях со столбов, или на сканах из популярного журнала,— по‑моему, пора обращаться к психиатру.

Сейчас скажу про копирайт.

Во‑первых, я сочиняю песни и выступаю с ними. Устраиваю сольные концерты, записываю диски и зарабатываю на этом деньги.

Во‑вторых, я пишу книги. Мои книги можно купить почти в любом магазине компьютерной литературы. На этом я тоже кое‑что зарабатываю.

В‑третьих, я делаю код. И этим тоже зарабатываю. В Интернете немало сайтов, где используется мой код HTML, CSS и JavaScript.

То есть, в контексте разговоров про копирайт, я получаюсь одновременно музыкант, автор книг и разработчик ПО.

Так вот, при всём этом я решительно против авторского права, копирайтов и всего, что связано с этой мерзостью. Я хочу, чтобы все копирасты срочно сдохли мучительной смертью, а потом ещё страдали в аду две с половиной вечности. Я хочу, чтобы авторское право было запрещено законом, как запрещён нацизм и детская порнография.

Я очень надеюсь, что доживу до этого светлого дня, приду на могилу к каждому копирасту и спляшу на ней чечётку. Хотя нет; пускай у них не будет могил. Пускай их всех пустят на удобрения. Жду не дождусь.

То, бывало, утром на работу уйдёшь, вечером явишься, чай попьёшь — и спать. И ничего такого при керосине не видно было.

А теперь зажгли, смотрим — тут туфля чья‑то рваная валяется, тут обойки отодраны и клочком торчат, тут клоп рысью бежит — от света спасается, тут тряпица неизвестно какая, тут плевок, тут окурок, тут блоха прыгает.

Михаил Зощенко. Электрификация

Мечтаю о языках программирования, где можно использовать полноценный ассортимент символов, а не куцый набор ASCII, унаследованный от программистов юрского периода.

Например, вместо суррогатных операторов сравнения использовать общечеловеческие:

Для проверки на равенство применять и один знак =, и два:

if(a = 7) — то же, что if(a == 7)

Я ему скажу: «Ты просил полотенце? Ну так я его принёс!..» Нет, не катит, очень длинно. Я скажу: «Вот ваше полотенце, Геннадий!..» Нет: «Геннадий! Вот ваше полотенце!..» Нет, мы же с ним на «ты», значит, надо так: «Гена, вот твоё полотенце!» Точно: «Гена, вот полотенце!» и протягиваю полотенце.

Анекдот

Приходят тут и спрашивают: «Зазорно ли бодхисаттве заниматься бизнесом?» А я отвечаю: «Не завидуйте, да не завидуемы будете». Вопрошающие немедленно просветляются и выпадают в нирвану, а я, как дурак, остаюсь по уши в сансаре и пытаюсь вспомнить, от чего меня только что отвлекли.

О, вспомнил. Я сочинял коммерческое предложение. Между прочим, очень увлекательное занятие, почти как брейкданс.

Для тех, кто совсем не в русле: коммерческое предложение — это такая бумажка, в которой наша контора рассказывает, что она может предложить вашей конторе, сколько это будет стоить и зачем оно вообще надо. Коммерческое предложение обычно направляется после того, как две конторы в общих чертах познакомились друг с другом, но до того, как вступили в деловые отношения.

В параллельном блоге я объявил конкурс новогодних открыток.

Главный приз — 2 500 рублей.

Присоединяйтесь.

Как, в самом деле, можем мы освободить немецких рабочих от большевистских влияний, как можем мы убедить их в том, что большевизм есть проклятие и преступление против всего человечества, если бы мы сами стали вступать в союз с большевистскими организациями, этим исчадием ада, и тем самым в основном признали бы эти организации?

Адольф Гитлер. Моя борьба

Многие сайты устроены по‑фашистски. Не в том смысле, что пропагандируют идеологию Третьего рейха, а в том, что проявляют имперское отношение к пользователям. Их принцип: пусть избранным будет хорошо и удобно, а всем остальным — плохо и коряво.

Типичные примеры таких сайтов — файлообменники вроде Rapidshare, Megaupload и DepositFiles. Они во всей красе демонстрируют преимущество истинных арий… ой, то есть платных пользователей перед прочими.

Знаете, я совсем не против, если некто оказывает услуги за деньги, а бесплатно их оказывать не хочет. Это, мне кажется, абсолютно нормально. Но я против унизительных издевательств, творящихся под видом бесплатных услуг.

Говорят, где‑то у кого‑то кризис. А у меня фирма расширяется, клиенты прут лавиной, работы навалом, денег полнó, людей не хватает.

По этому поводу сейчас будет объявление. Кхм, кхм. Раз, раз.

Итак, объявление.

Мне нужен помощник по части проектирования взаимодействия, интерфейсов, информационной архитектуры, юзабилити и всё такое.

Работа не пыльная, график абстрактный, зарплата адекватная. Можно работать по совместительству. Офис — в Москве, там надо будет появляться по необходимости. Бесплатные кофе‑чай и прочая еда в разумных пределах.

Соискателей ждёт собеседование, тестовое задание, испытательный срок.

Да, студенты вузов не нужны. Люди с высшим образованием — скорее всего, тоже.

Пишите, если что: rostislav@chebykin.ru.

Консорциум W3C в муках родил стандарты доступности веб‑содержания WCAG 2.0:

Web Content Accessibility Guidelines 2.0 (основной документ),

Understanding WCAG 2.0 (для тех, кто не понял основной документ),

Techniques for WCAG 2.0 (о технической реализации WCAG 2.0 в контексте HTML, CSS и других веб‑технологий).

В новостях на сайте W3C можно найти ещё несколько второстепенных ссылок по теме.

Консорциум W3C в очередной раз пытается вскочить в последний вагон уходящего поезда и навести там свои порядки. И, по всей видимости, в очередной раз обламывается. Так ему и надо.

Меня спросили, что лучше — GPL версии 2 или GPL версии 3?

А я считаю, что все эти лицензии — это муть, дребедень, ерунда, чепуха и беспонтовщина. Все вообще абсолютно — оптом, скопом и без исключения.

Вот, например, соловей поёт. Спрашивается, он по какой лицензии распространяет своё пение?

Или, если вам не нравится соловей, вот другой пример. Иисус Христос — независимо от того, считаем мы его вымышленным персонажем или реальным лицом — он по какой лицензии распространял свои проповеди?

Зашёл на Яндекс и обнаружил, что он теперь тоже в кодировке UTF‑8. Боже мой, кто бы мог подумать.

Раз уж такой мастодонт, как Яндекс, перешёл на правильную кодировку, то всем остальным сайтам, по‑моему, уже просто неприлично не следовать его примеру.

…И потому, чтоб приготовлялся, чтоб выбил из головы все мои вздоры и так далее, и так далее,— ну, уж известно, какие это вздоры. Вот это‑то письмо я от вас и утаил…

Фёдор Достоевский. Униженные и оскорбленные

Прошлым летом мне по работе потребовалось нарисовать картинку. А я сам этим делом не занимаюсь, поскольку это обычно плохо кончается. Поэтому пришлось обратиться к фрилансеру.

Вообще‑то, я очень не люблю слово «фрилансер». А ещё больше не люблю людей, которые обозначаются этим словом. Они все поголовно малолетние раздолбаи, халтурщики и халявщики.

Мягкое и слабое одолеет твёрдое и сильное.
Рыбе лучше не покидать глубины,
А то, что приносит царству благо, нельзя показывать людям.

Дао Дэ Цзин

На конференции, где я недавно побывал, среди прочих тем разговаривали про юзабильность и прочие качества государственных сайтов. И не просто в курилке или за чашечкой кофе разговаривали, а устраивали про это доклады, семинары и круглые столы.

С одной стороны, конечно, если людям нравится бессмысленно трепаться,— ну и пусть треплются. В конце концов, я и сам иногда люблю это самое. Но, с другой стороны, слегка обидно. Раз уж собралось столько народа в одном месте, и среди этого народа есть даже два‑три разумных человека,— ну почему бы им не побеседовать о чём‑то действительно важном? Скажем, как избавить пользователей от запоминания многочисленных логинов и паролей. Или как бороться со скрытой рекламой в блогах. Или как убедить ретроградов перейти на новую версию ПО. Побеседовали бы — глядишь, что‑нибудь и придумали бы.

Ой, я и забыл, что у меня есть этот блог… Ничего, сейчас что‑нибудь сюда напишу.

Ученик. Видишь ли, известно, что слова склоняются по падежам своим концом — ты мне должен простить, что я ввожу в общество застенчивых молодых людей из русского, не слишком почитаемого нами языка. Но не скучная ли это вещь?

Учитель. Нет, нет, нисколько. Продолжай.

Велимир Хлебников. Учитель и ученик

Вот школьная тетрадь позднего советского образца, ГОСТ 12063‑89.

В Советском Союзе было принято с первого класса приучать детей к бессмысленной бюрократии. На обложке тетради — идиотская форма, которую надо обязательно заполнить. А на заднице — либо таблица умножения (опять же, апофеоз формальности), либо государственный гимн.

И, кстати, в тему предыдущего сообщения.

Я пока не нашёл удобной программы, которая бы умела делать снимки экрана на КПК. На безрыбье использую Screen Capture, но она уж очень примитивная. Умеет только ухватывать текущий экран, весь целиком.

А мне для статьи потребовался снимок целой страницы W3C. Она, такая‑сякая, растянулась на несколько десятков экранов. Вот я и занимался глубоко интеллектуальным делом: щёлкнул текущий экран, прокрутил, снова щёлкнул, снова прокрутил, и так в цикле. А потом всё это в Photoshop’е собирал обратно. После этой процедуры никаких психоактивных веществ не надо.

Причём, до этого я долго разбирался, как щёлкать. Программа мне говорит: укажите, мол, какой кнопкой будете делать снимки. Вот вам на выбор: App1, App2, App3, App4, App5 и App6.

А у меня на девайсе — 14 кнопок. Которая из них App1, а которая App6, никому не известно. В документации тоже ни слова. Google — и тот молчит, как сорок партизан.

В общем, все проблемы интерфейса, от которых настольные компьютеры избавились ещё во времена первых Mac’ов, снова возвращаются на мобильных устройствах.

Да, на настольном компьютере я делаю снимки экрана через SnagIt. Эта штука умеет всё, что надо, и даже больше. В частности, может сама прокрутить страницу, если нужно. Но для КПК SnagIt не бывает, и это печально.